Eng | Рус | Буряад
 На главную 
 Новости 
 Районы Бурятии 
 О проекте 

Главная / Каталог книг / Электронная библиотека / Соболь

Разделы сайта

Запомнить меня на этом компьютере
  Забыли свой пароль?
  Регистрация

Погода

 

Законодательство


КонсультантПлюс

Гарант

Кодекс

Российская газета: Документы



Не менее полезные ссылки 


НОЦ Байкал

Галазий Г. Байкал в вопросах и ответах

Природа Байкала

Природа России: национальный портал

Министерство природных ресурсов РФ


Рейтинг@Mail.ru

  

Яндекс цитирования Яндекс.Метрика

Размножение соболя

Автор:  Черникин Е.М.
Источник:  Черникин Е..М.Экология соболя (Martes zibellina Lunneus, 1758) в Баргузинском заповеднике. – Улан-Удэ, 2006. – С. 104-115.

Изучение этого сложного процесса осуществлялось непосредст­венно при отлове и мечении зверьков, так и путем вскрытия тушек соболей, добытых охотниками на сопредельной с заповедником территории.

Как известно, гон соболей сильно растянут. У самок обычно бы­вает несколько периодов течки (Мантейфель, 1934; Старков, 1947). В таблице 24 представлены наблюдения за сроками течки, получен­ные нами в процессе летнего отлова соболей с целью мечения. Со­стояние наружных половых органов самок оценивалось нами по 4-бальной шкале, принятой в звероводстве. Зоотехническая практика показывает, что эффективное спаривание соболей происходит в пе­риод, когда состояние наружных половых органов самок оценива­ется баллами III-IV. Для полноты картины в таблице выделена группа зверьков с признаками угасания течки (балл IV-0), когда вульва начинает сморщиваться.

Анализ этих материалов показывает, что в мае слабые признаки подготовки к гону нами были отмечены только в конце месяца и всего лишь пять раз: 22 мая дважды, 26, 28 и 31 числа. Можно ли считать это твердым правилом, помогут понять дальнейшие наблю­дения. Практика показывает, что резкие изменения условий сущест­вования могут вносить самые неожиданные коррективы в поведе­ние животных. Но в любом случае для большинства самок май — это еще период покоя.

Все собранные нами материалы указывают на то, что началом гона у баргузинских соболей следует считать июнь. При этом два случая поимок самок в состоянии эструса (IV стадия) отмечены 20 и 23 и близком к эструсу (III стадия) 12 числа.

У одной соболюшки 25 июня уже были зафиксированы призна­ки угасания течки. Судя по этим наблюдениям, гон у соболей запо­ведника начинается в сроки, близкие к середине июня. Причем аб­солютное большинство самок до середины месяца к спариванию еще не готово.

Интенсивность гона в июне варьирует по годам в зависимости от физиологического состояния соболей. Первыми очень заметны­ми и достаточно объективными признаками общего состояния зверьков можно считать вес и качество мехового покрова. Если со­боли имеют низкий вес и в июне еще не сменили зимний мех на летний, можно предполагать, что им не хватает энергетических ре­сурсов для перестройки организма и полной реализации нормаль­ных физиологических функций. Гон у соболей в такие сезоны на­ступает позже.

Первые явные признаки неблагополучия в популяции соболя можно уловить уже зимой, если зверьки появляются у таежных зи­мовий и поселков. Чем острее у животных чувство голода, тем на­стойчивее они стремятся к человеческому жилью и к приваде под­ходят всю зиму вплоть до начала мая. У таких соболей задержива­ется линька, и зимний мех прочно держится даже в середине мая, когда хорошо упитанные зверьки уже одеты короткой летней шер­стью. Дефицит кормов может ощущаться в разной степени, и появ­ление зверьков у поселков - это уже крайний случай, но в принципе задержка весенней линьки всегда служит признаком плохого фи­зиологического состояния. Судя по тому, что сезоны с задержкой линьки в течение всего июня повторяются достаточно часто, следует сделать вывод, что этот месяц далеко не всегда благоприятен для начала гона.

Разгар гона у соболей, всегда приходится на июль. Максималь­ное количество самок с признаками разгара течки (стадия IV) и ее угасания (стадия IV-0) нами отмечено именно в июле (табл. 24). К середине августа гон у соболей заканчивается. Самки в состоянии эструса еще отмечались 5 и 10 числа, но 15 августа, судя по состоя­нию половых органов, течка у соболюшек уже заканчивалась. Итак, по нашим наблюдениям, гон у баргузинских соболей продолжается около двух месяцев в практически те же самые сроки, что и у кле­точных соболей (Павлюченко и др., 1979).


Наши сведения о времени появления молодняка отрывочны. Первые два соболенка-самки весом по 50 г были найдены 21 апреля 1966 г. Второй выводок, самца и самку по 90 г, мы нашли на сле­дующий день - 22 апреля 1966 г. Все найденные соболята были еще слепые, покрытые сероватым пухом. Согласно литературным дан­ным (Мантейфель, 1934; Старков, 1947), новорожденные соболята весят 25-30 г. Их вес колеблется в зависимости от ряда причин, в частности от величины выводка. По данным наблюдений П.А. Ман-тейфеля (1934) и В.Г.Сергеева и др. (1981), вес найденных нами со­болей соответствовал примерно 3-4 и 7-8-дневному возрасту. Таким образом, можно предположить, что они родились, ориентировочно, в середине апреля. Зная, как сильно может изменяться вес соболей (особенно молодых) в зависимости от условий существования, мы склонны считать наши расчеты весьма приблизительными. К тому же это всего лишь два наблюдения. По материалам Ю.Б. Баевского (1960 а), самка, добытая 12 апреля, находилась на поздней стадии беременности (вес эмбрионов от 12,3 до 14 г) и по его расчетам роды ориентировочно должны были произойти 19-22 апреля. По-видимому, следует учитывать весь комплекс факторов: физиологи­ческое состояние зверьков, сроки гона, наличие латентной фазы беременности, нестабильность условий существования. И.Д. Старков (1947), основываясь на материалах звероферм, пишет «обычно со­боля щенятся в апреле, но наблюдаются случаи и более раннего щенения - конец марта, а также более позднего - начало мая». По-видимому, эти сроки характерны и для вольных баргузинских собо­лей. Более точный ответ могут дать только дополнительные иссле­дования в природе, но проводить такие работы в условиях заповед-ного режима, по понятным причинам, было бы нежелательно.

Представление о плодовитости соболей в заповеднике дают обобщенные материалы находок выводков во время летнего отлова мерьков с целью мечения (табл. 25).



Согласно этим данным, в течение 15 лет максимальное число соболей в найденных выводках не превышало четырех. Преобла­дали семьи с двумя соболятами (16). Гнезд с одним соболенком найдено 8, с тремя - 9 и с четырьмя - 3. В среднем на один выво­док приходилось 2,2 соболенка. Следует отметить, что эти расче­ты несколько занижены, т. к. иногда в процессе отлова кому-то из соболят удается затаиться в укромном уголке разветвленного дупла и избежать поимки. Но такие случаи очень редки, и на практике ими можно пренебречь, потому что исследование по­тенциальной плодовитости путем подсчета желтых тел беремен­ности дают близкие результаты.

Гон у соболей по времени совпадает с периодом воспитания молодняка, и самка принимает участие в брачных играх не поки­дая выводка. Самого спаривания нам не приходилось наблюдать, но мы отлавливали самцов непосредственно вблизи выводка. Так, 4 июля 1974 г. в долине р. Таркулик мы поймали на небольшом участке сразу 5 соболей. При этом на одном кедре находилась старая ощенившаяся самка с признаками течки и сеголеток. Ря­дом, на другом кедре, сидел старый самец, а в 50 м в стороне в дуплистой валежине прятались еще 2 сеголетка. На наш взгляд, описанная ситуация логичнее всего может быть объяснена сле­дующим образом. Готовую к спариванию самку, находящуюся при выводке, посетил взрослый самец. Появившиеся неожиданно собаки вынудили соболей искать спасения на деревьях и в дуп­листой валежине, где зверьки и были нами пойманы.

Заканчивая перечень сведений о размножении соболей, соб­ранных непосредственно в природе, необходимо отметить, что самки способны к воспроизводству достаточно длительный пе­риод. Так, соболюшка, меченая в возрасте не менее 3-4 лет, была поймана лактирующей 9 лет спустя, и в тот же год участвовала в гоне. Вторая самка, окольцованная сеголетком, 11 лет спустя бы­ла поймана с признаками лактации, т.е. обе еще размножались в 11-13 лет. Кстати, это отмечалось и у клеточных соболей (Бата­лов, 1983).

Наблюдения за размножением соболей в природе необходимо дополнить сведениями о плодовитости самок, добытых на смеж­ной с заповедником территории охранной зоны. Вскрытие тушек дает возможность проследить за динамикой потенциальной пло­довитости на основе подсчета желтых тел беременности у раз­множавшихся самок. Анализ возрастного состава и выявление процента сеголетков среди добытых зверьков позволяют хотя бы приблизительно определить фактический прирост в популяции соболей.

В таблицах 26-27 представлены данные гистологического анализа яичников половозрелых самок второй группы (от года до 2 лет) и третьей группы (старше 2 лет).



Первое, что обращает на себя внимание при изучении указан­ных материалов, это более дружное участие в размножении самок старших возрастов, что отмечалось в литературе (Вершинин, 1963; Монахов, 1973; Черникин, 1970 а). В течение 17 лет наблюдений только в 3 сезонах - 1963/64, 1989/90 и 1993/94 гг. процент бере­менных оказался выше у самок второй возрастной группы. Не ис­ключено, что на результатах в эти 3 сезона сказалось относительно небольшое количество исследованного материала. Возможно, при более значительных пробах соотношение оказалось бы иным. Мно­голетние наблюдения свидетельствуют о том, что самки второй возрастной группы, а это впервые приступающие к размножению зверьки, особенно чутко реагируют на неблагоприятные условия существования.



Более низкое участие молодых самок в размножении по сравне­нию с соболюшками старших возрастов отмечается и на зверофер­мах (Старков, 1947; Маматкина и др., 1970). В период с 1970 по 1984 г. на исследование поступало очень небольшое количество тушек и результаты их анализа мы предпочли не принимать во внимание как статистически не достаточно достоверные. Более поздние материалы, представленные в таблице 27, также данные за первые 7 лет, подтверждают вывод о более низком участии в раз­множении самок второй возрастной группы.

Вместе с тем, обращает на себя внимание и тенденция общего снижения плодовитости соболей. За первые 7 лет наблюдений в те­чение 4 лет в среднем на 1 беременную самку приходилось по 3 и более желтых тела. Средний показатель плодовитости за весь семи­летний период составил 2,8 желтых тела. За 10 последних лет (с 1984/85 по 199/34 г.) лишь один раз (сезон 1990/91 г.) среднее число желтых тел на одну беременность достигло 3,14. Все остальное время этот показатель не поднимался до трех.

Снижение плодовитости происходило как по причине падения половой активности самок, особенно второй возрастной группы, так и за счет уменьшения величины выводка. Пытаясь понять причины происходящего, мы прежде всего обратили внимание на условия существования соболей. И здесь обнаружилась достаточно четкая корреляция между состоянием кормовой базы соболя, уровнем вос­производства и, в конечном итоге, численностью. Основу всего со­ставляет первичная продуктивность (плодоношение важных для соболя растений) и численность мелких млекопитающих - основных кормовых объектов зверька. Главная роль здесь принадлежит кеДРУ и кедровому стланику, плодоношение которых последнее де­сятилетие резко ухудшилось. Если в 1970-е гг. хорошие урожаи кедровых шишек отмечались 1 раз в 3-4 года, то за последним вы­сокоурожайным 1969 годом наступил одиннадцатилетний период слабого плодоношения. Далее, после урожайной осени 1980 г. опять наблюдался десятилетний период спада. Некоторое оживление на­блюдалось в 1984 г., но среднее и местами хорошее плодоношение отмечено только в 1994 г., за которым вновь наступило затишье. Следует отметить, что все сказанное относится к кедру, одной из основных лесных пород северо-восточного побережья Байкала.

Кедровый стланик в лесном поясе (там, где он входит в состав подлеска) обычно не дает значительных урожаев, но в подгольцовье иногда обильно плодоносит и этим улучшает трофические условия для основных потребителей кедровых семян. И все же кедровый стланик среди пищевых растений играет значительно менее важную роль, чем кедр и полностью стабилизировать кормовую базу жи­вотных не может. Есть мнение, что из-за бедности кедровых «оре­хов» каротином их избыток в рационе приводит к снижению плодо­витости соболей и что именно в питании «орехом» кроется причина пониженной плодовитости соболей в ряде регионов Восточной Си­бири (Бакеев, Курис, 1975). Мы считаем такое заключение несколь­ко преждевременным. В разделе «Питание» достаточно много гово­рилось об исследованиях, показавших высокую питательную цен­ность семян кедра и даже их целебные свойства. Разумеется, речь идет о свежих, а не о длительно хранившихся прогоркающих «оре­хах», попросту непригодных для питания. Многолетние наблюде­ния показывают, что годы с устойчивым и обильным плодоношени­ем кедра - это периоды оптимального функционирования таежных биоценозов и высокой численности большинства птиц и млекопи­тающих, включая соболя. Напротив, спад плодоношения кедровни­ков влечет за собой снижение численности большинства таежных обитателей и соболя в том числе. Необходимо отметить, что подъе­мы и снижения плодоношения кедра обычно происходят синхронно с аналогичными колебаниями уровня урожайности других важных Таежных растений. Очевидно, эти явления одного порядка, связан­ные с неблагоприятными для растений метеоусловиями конкретных сезонов. Но при этом следует иметь в виду, что только семена кедра Кедрового стланика могут периодически обеспечивать большинство животных массовым высококалорийным и питательным кор­мом. Ни одно из других растений региона нельзя сравнить с ними в этом отношении. Все они чаще всего служат дополнительным ис­точником питания. Важно также то, что соболь, питаясь орехами, поедает и животные корма, а их всегда становится больше в годы, благоприятные для плодоношения кедра. Основная причина низкой плодовитости восточно-сибирских соболей в неустойчивости их кормовой базы и условий существования большинства мелких мле­копитающих, представляющих звенья цепи питания этого хищника. Слабое и неустойчивое плодоношение большинства важных для животных растений - хвойных и, прежде всего кедра, ягодников и многих других в последние годы отрицательно сказалось на попу­ляциях не только соболя, но и белки, бурундука, мелких грызунов и других обитателей тайги. По существу обеднела вся кормовая база соболя. Уменьшилась численность большинства животных. Причи­ны этого явления, по-видимому, кроются в глобальных изменениях климата вследствие потепления и нарушения сезонного режима гидротермических показателей.

Говоря о размножении и плодовитости баргузинских соболей, следует упомянуть об интересных исследованиях Б.К. Павлова (1989), который изучал особенности «ложного гона» саянских собо­лей и выявил положительную связь между этим явлением и плодо­витостью соболей данного региона. Речь идет о стимулирующем влиянии опосредованных контактов взрослых самцов и беременных самок на имплантацию эмбрионов и повышении тем самым плодо­витости рожающих самок. Возбуждающим фактором для самок служат встречи следов жизнедеятельности взрослых самцов. Мно­голетние наблюдения Б.К. Павлова свидетельствуют о том, что «ложный гон» происходит не каждый год и что он зависит от плот­ности и состава популяции. Минимальной, необходимой для ус­пешного размножения, является численность элементарной группи­ровки, равная 8-9 особям, среди которых не менее 2 взрослых сам­цов. Метеорологические условия конкретного сезона и обеспечен­ность пищей существенного влияния на проявление «ложного гона» не оказывали.

В Баргузинском заповеднике наблюдений над проявлениями «ложного гона» не проводилось. Этому мешала высокая плотность соболиного населения (до 4 особей на 1 кв. км), при которой тропление отдельных особей крайне затруднено. Но, с другой стороны, именно налегание индивидуальных участков неизбежно способст­вовало встречам следов жизнедеятельности разных особей, состав­ляющих конкретную популяцию, т.е. как раз тому, что стимулирует повышение плодовитости беременных самок. Выявить связь «лож­ного гона» с колебаниями плодовитости соболей мы не имеем воз­можности, но вполне определенно отметили зависимость динамики численности соболей от состояния кормовой базы. Твердо можно говорить о положительном влиянии обильной и устойчивой кормо­вой базы на физиологическое состояние взрослых особей и сеголет­ков и стабильность популяции. И, напротив, ухудшение трофиче­ских условий непременно ведет к усилению подвижности соболей, падению плотности населения и, в конечном итоге, к снижению уровня воспроизводства.

Назад в раздел






СПРАВОЧНАЯ СЛУЖБА

Национальная библиотека Республики Бурятия

Научно-практический журнал Библиопанорама

Охрана озера Байкал 
Росгеолфонд. Сибирское отделение   
Туризм и отдых в Бурятии 
Официальный портал органов государственной власти Республики Бурятия 





Copyright 2006, Национальная библиотека Республики Бурятия
Информационный портал - Байкал-Lake