Eng | Рус | Буряад
 На главную 
 Новости 
 Районы Бурятии 
 О проекте 

Главная / Каталог книг / Прибайкалье / Особо охраняемые природные территории (ООПТ) / Заповедники, национальные парки, заказники / Байкальский заповедник

Разделы сайта

Запомнить меня на этом компьютере
  Забыли свой пароль?
  Регистрация

Погода

 

Законодательство


КонсультантПлюс

Гарант

Кодекс

Российская газета: Документы



Не менее полезные ссылки 


НОЦ Байкал

Галазий Г. Байкал в вопросах и ответах

Природа Байкала

Природа России: национальный портал

Министерство природных ресурсов РФ


Рейтинг@Mail.ru

  

Яндекс цитирования Яндекс.Метрика

ВЛИЯНИЕ ЗАКИСЛЕНИЯ ЛАНДШАФТОВ НА СОСТОЯНИЕ БИОЛОГИЧЕСКОЙ АКТИВНОСТИ БУРОЗЁМОВ БАЙКАЛЬСКОГО ЗАПОВЕДНИКА

Автор:  Ермакова О.Д.
Источник:  Материалы исследований природных комплексов Южного Прибайкалья: Труды Государственного природного биосферного заповедника «Байкальский». – Улан-Удэ, 2000. – С. 52-64.

Задачей почвенных исследований в заповедниках является оценка роли почвы как компонента биогеоценоза и контроль за ее состоянием. Современное развитие почвенного покрова необходимо рассматривать с учетом влияния на его свойства внешних факторов. Данные, свидетельствующие об усилении в последнее десятилетие антропогенного стресса на природные комплексы Южного Прибайкалья, вынуждают признать атмосферные осадки одним из ведущих параметров экзогенных воздействий, определяющих функционирование экосистем заповедника /14/. Самые масштабные геохимические последствия технической деятельности человека -это выбросы в атмосферу кислотообразующих соединений, посредством которых осуществляется закисление атмосферных вод, особенно в регионах с гумидным климатом. Осадки подкисляются за счет серной кислоты, образующейся в результате фотохимических газофазных реакций окисления сернистых газов 191.
Территория заповедника подвергается влиянию выбросов Байкальского целлюлозно-бумажного и Селенгинского целлюлозно-картонного комбинатов (БЦБК и СЦКК), а также загрязняющих веществ, поступающих вследствие работы сетей авто- и железнодорожного транспорта. Помимо предприятий целлюлозно-бумажной промышленности, мощными источниками выбросов в атмосферу соединений серы, поставщиками отравляющих Байкальскую котловину эмиссий служат Братский и Шелеховский заводы по производству алюминия, продуцирующие в воздушный бассейн, наряду с серой, фтор и прочие поллютанты /33, 35/. Кроме того, в район исследований в летнее время поступают воздушные массы, насыщенные примесями, вырабатываемыми различными предприятиями Иркутско-Черемховского промузла /21, 34/. Таким образом, ландшафты северной части территории заповедника испытывают на себе техногенный прессинг не только глобального и регионального, но и активно действующего локального масштаба, что подтверждается рядом публикаций 12, 5, 16, 36/.
Нами с 1988 по 1994 г. проведены работы по определению актуальной реакции среды дождей, выпадающих в нижней части горно-лесного пояса северного макросклона хребта Хамар-Дабан (700 м над уровнем моря). Основная масса дождей, обследованных в 1988, 1989,   1993   и   1994   г.,  причисляется   к  категории   слабокислых (рН=5,3-6,5), наименьшая - к нейтральным (рН=6,6-7,0).   В прочие годы большинство осадков отличалось кислой реакцией (рН=4,6-5,2); наряду с ними отмечены сильнокислые (рН=3,0-4,5) дождевые воды, количество которых в 1990-1993 гг. равнялось 17, 28, 20, 13 процентам  от общего  количества  проанализированных образцов /11/. В целом, процентные показатели закисленных, с рН меньше 5,0 дождей /18/ варьировали по годам следующим образом:
год                           1988   1989 1990 1991   1992 1993  1994.
% закисленных дождей      34       0       63      85      80     33      40
Если принять за высокую степень протонной нагрузки для экосистем такое положение, когда половина и более   выпавших дождей являются кислотными, то очевидно, что для заповедника техногенные воздействия   весьма ощутимы (пик закисленных осадков наблюдался   в 1990-1992 гг.), чему способствует метеорологическая обстановка южной оконечности Байкала, характеризующаяся переносом воздушных масс с северо-западной составляющей /22, 24/. К тому же, в силу орографической изолированности, обмен воздушными потоками между байкальской впадиной и окружающими территориями ослаблен /5/. Это ведет к образованию сложных циркуляционных   и термических процессов, вследствие которых атмосфера над Байкалом и опоясывающими его хребтами поглощает поступающие промышленные примеси в течение всего года, что способствует активизации воздействия вымываемых дождями компонентов. Среди главных подкислителей осадков    над территорией заповедника выделяются анионные составляющие серной и азотной кислот /39/. В снежном покрове заповедника накопление сульфатов, хлоридов, нитратов, натрия, калия и алюминия в 3-4 раза выше фоновых показателей для горных областей Прибайкалья. На высоты 600-800 м над уровнем моря сульфатной серы поступает 1,9 тонн на квадратный км., нитратного азота до 0.5 тонн на квадратный км, что выше фоновых значений в 1,5-3 раза. Концентрация ионов хлора составляет 1,5-2,0 мг/л при фоновых показателях 0,3-0,5 мг/л /38/.
Анализы снеговых и дождевых осадков констатируют максимальное накопление сульфатной серы по пограничным рекам заповедника, наиболее приближенным к источникам аэровыбросов, на западе это БЦБК, на востоке - СЦКК; аналогичная картина наблюдается вблизи поселков и транспортных магистралей /40/. В литературе встречаются сведения о серьезной опасности увеличения региональных выбросов диоксида серы /34/, способных усугубить и так не очень благоприятную экологическую обстановку Южного Прибайкалья. Поток тяжелых металлов на северном склоне Хамар-Дабана в 2-8 раз выше, чем на южном. Большинство металлов поступает из атмосферы на взвешенных частицах. Требует внимания повышенное содержание титана и марганца /19/.
Некоторыми авторами /28/ конкретизировано непосредственное негативное влияние токсических выбросов БЦБК на почвы  пихтовых лесов байкальских склонов Хамар-Дабана на расстоянии до 100 км, этот факел захватывает северо-западные участки  территории заповедника. Загрязняющие вещества приводят к изменению естественных количественных соотношений многих элементов в почве. Действие поллютантов способно разрушить почвенный поглощающий комплекс, изменить актуальную реакцию среды почвенных растворов и физико-химические свойства почвы, а также способствует возрастанию концентраций серы и тяжелых металлов (цинк, медь, свинец, ванадий, никель, алюминий, железо). С удалением от завода количество загрязнителей уменьшается, но концентрации свинца и меди  остаются на высоком уровне, превышающем кларковые значения, а почва обедняется бором и кобальтом. В подобной ситуации ухудшается биологическая активность почв, вследствие чего изменяются процессы метаболизма у деревьев и их иммунологические возможности. Основной причиной токсичности почв для хвойных пород в обстановке загазованности атмосферы является накопление в почве тяжелых металлов при ее закислении (рН почвы = 4,0). К тому же в жестких условиях кислотного выщелачивания ранее накопленный гумус диспергируется и выносится в форме низкомолекулярных   воднорастворимых соединений /9/. Гумусовые кислоты, поверхность органоминеральных    гелей которых насыщена питательными и энергетическими веществами, - это зона обитания создающих плодородие почвенных микроорганизмов /3/. По некоторым сведениям /6/, если рН лесных подстилок близок к 4,0, то содержание обменного алюминия возрастает до концентраций, ток-
сичных для прорастания семян и развития находящихся в подстилке тонких корней растений. При очень сильном подкислении подстилок и почв подзолистого типа наблюдали полный вынос из них обменного магния, массовое выщелачивание обменных кальция и калия, жизненно необходимых растениям элементов. Закрепление в почвенном поглощающем комплексе ионов алюминия за счет вытеснения обменных оснований - одно из главных отрицательных воздействий закисления ландшафтов. Кроме того, в кислых почвах их дальнейшее подкисление ведет, наряду с высвобождением токсичного алюминия, к избытку ионов железа и марганца, которые связывают в труднорастворимые формы молибден. А его дефицит обуславливает неритмичность процессов азотного и углеводного обмена у растений, образования хлорофилла и витаминов в растительных тканях, препятствует нормальному поглощению из почвы корнями растений кальция и фосфора, провоцирует восприимчивость растений к различным заболеваниям /1,18/. К тому же есть мнение /30/, что почвы с низкими значениями рН, обогащенные алюминием и железом, а это свойственно бурым почвам Хамар-Дабана, способны закреплять в комплексах с этими элементами канцерогенные фторид-ионы. Накопление фтора в хвое, как показали исследования /4/, сокращает продолжительность ее жизни у сосны, приводит к определенным сдвигам в метаболизме, снижает прирост и ускоряет старение как хвои, так и дерева.
Актуальная реакция (рН) почвенных растворов - одна из наиболее лабильных параметров, разносторонне влияющих как на почвы, так и на биогеоценозы в целом. Проводимые нами работы по изучению так называемого фактора интенсивности, характеризующего силу мгновенного действия кислот и оснований на почву и растительность, от которого зависит минеральное питание растений в конкретное время /32/, подтверждают усиление подкисления некоторых почвенных разностей заповедника за последние десять-двенадцать лет. Так, в течение безморозного периода 1984 г. актуальная реакция бурозема кислого грубогумусного супесчано-легкосуглинистого под кедрово-березовым чернично-анемоновым лесом колебалась от 5,4 до 4,8 единиц рН. В те же сроки 1991 и 1992 гг. она находилась в пределах 4,8-4,0 ед. рН. В 1993 г. кислотность настоящей почвенной разновидности изменялась в рамках 5,1-3,9 ед. рН. Настораживает в данном случае то, что в иные годы прослеживается  прямая  зависимость  актуальной  реакции  среды
почвенного раствора, аналогом которого является водная вытяжка из почвы, от кислотности осадков. Например, в течение 1991 г. дожди с самыми низкими значениями рН (4,0-4,6) пришлись на конец июня - первую декаду июля и конец сентября. Соответственно повышенной (рН=4,0-4,5), по сравнению с общей динамикой, оказалась кислотность почвы в образцах, отобранных в начале июля и в начале октября. В остальное время в этом году выпадали также за-кисленные дожди (рН=4,6-5,0), в результате чего значения рН водной вытяжки почвы не поднимались выше 4,8. В 1993 г. количество закисленных осадков составило одну треть. Выпадали они с 14 июня по 1 июля. Кислотность почвы, определяемая с 22 июня по 6 июля, равнялась 3,9-4,1 ед. рН. В дальнейшем, до окончания безморозного периода, актуальная реакция осадков колебалась в пределах 5,0-6,0 ед. рН. На этом фоне стабилизировалась и актуальная реакция бурозема, показатель рН его водной вытяжки изменялся от 4,6 до 5,1. В целом вариации актуальной реакции среды грубогумусных буроземов в течение фенологического сезона несущественны, до 1,0 ед. рН, в нормальном состоянии они функционируют в кислых и слабокислых кислотно-щелочных условиях /17/. При кратковременных выпадениях закисленных осадков кислотно-основное равновесие буроземов вскоре восстанавливается до естественного, а аномальные значения показателя рН почвы фиксируются в единичных случаях. Регулярные кислотные дожди изменяют кислотно-основной режим буроземов, переводя их в ранг сильнокислых на довольно продолжительное время. Это сказывается на активности почвенной микрофлоры, предпочитающей близкую к нейтральной среду обитания. С повышением почвенной кислотности дестабилизируется деструкция органики, снижая интенсивность круговорота веществ в биогеоценозе. Считается, что необратимое падение уровня жизнедеятельности почвенных микроорганизмов, к примеру, за-кисленной дождями дерново-подзолистой почвы, определяет степень реакции ее среды /23/. Пороговым значением полагают рН ниже 3,5. Роль же почвенной биоты, в частности группы почвенных микроскопических грибов, представляющих в качественном отношении очень значимую часть микрофлоры кислых почв в связи со способностью аккумулировать ядовитые вещества и осуществлять таким образом детоксикацию почвы /27/, в последнее время не вызывает сомнений, а изменение почвенной кислотности может привести к полной смене микробоценоза. Это усугубляется еще и на-
рушением физического состояния почв, реагирующих на подкисле-ние увеличением плотности вследствие разрушения почвенных агрегатов и ухудшением аэрации /18/. Своеобразие микробоценоза бурых горно-лесных почв заповедника проявляется в соотношении численности бактерий и актиномицетов /31/. В органогенных горизонтах преобладают бактерии, а с двадцатисантиметровой глубины развиваются только бактерии. Общее содержание актиномицетов в верхних слоях буроземов всего 10-20%, в отличие от провинциальных почв, где их количество в микробоценозе максимально. Данная специфичность объединяет буроземы Хамар-Дабана с бурыми гор-но-лесными почвами Кавказа, вполне возможно, что они имеют общность происхождения. Буроземы заповедника относятся к слабобуферным, поэтому их стабильное подкисление может оказаться необратимым, со всеми вытекающими отсюда отрицательными последствиями.
Подтверждением вышеизложенному служат конкретные материалы, полученные нами в итоге апробирования методик по изучению биологической активности бурых лесных почв, обширно представленных на северном макросклоне Хамар-Дабана /10, 26, 37/. Работы проводились на высотах 750-800 м над уровнем моря в буроземах, развившихся в различных экологических условиях.
Пробная площадь (ПП) 1: верхняя часть склона северо-западной экспозиции; кедрово-пихтовый чернично-зеленомошный лес (8П2К); подрост составлен пихтой, елью, кедром; в подлеске рябина; травяно-кустарничковый ярус сложен черникой, майником, злаками; в напочвенном покрове обильны зеленые мхи. Почва бурая горно-лесная глееватая. Характерно наличие мощной, до 5-7 см, подстилки, верхняя часть которой состоит из хвойного и лиственного опада, а нижняя представляет собой полуразложившуюся массу неопределенной конфигурации. Глубина сильно задернованного горизонта А равна 3-4 см.
Пробная площадь (ПП ) 2: подножье склона северо-восточной экспозиции; кедрово-пихтовый широкотравный лес; в подросте пихта, кедр, ель; в подлеске береза и рябина; в травяно-кустарничковом ярусе черника, бадан, папоротник орляк, анемона байкальская, злаки, майник. Почва бурая горно-лесная типичная. Мощность подстилки 1,5-2,0 см, горизонт А равен 5-7 см.
Активность протеолитических ферментов почвы
Одним из необходимых для нормальной жизнедеятельности рас-
тений элементом является азот, который в почве присутствует главным образом в виде органических соединений (полимерных белковых молекул), недоступных для усвоения /25/. Протеолитические ферменты, представляя собой совокупность энзимов различной этиологии, расщепляют эти соединения до приемлемых растениями форм. Для бурых лесных почв изучение протеолитической активности, тесно связанной с биологическим круговоротом азота, интересно в том плане, что они, имея промывной водный режим, обладают тем не менее хорошими лесорастительными свойствами, в отличие от других почв сходного гидрорежима, со временем утрачивающих плодородие. Причины данного явления неизвестны, возможно, это связано с ферментативным аппаратом буроземов.
Лето в районе исследований в среднем продолжается 61 день, среднесуточная температура воздуха около 14°С, сумма осадков примерно 400 мм. Осень длится 60-70 дней, среднесуточная температура воздуха 7°С, осадков выпадает более 200 мм. Температура гумусовых слоев в год постановки опыта варьировала в июне от 9 до 13, в июле и августе от 10 до 15, в сентябре от 10 до 3°С. Влаго-запас верхнего полуметрового слоя почвы с июня по сентябрь составлял соответственно 2640, 2530, 2400, 2470 м3/га (12, 15, 41).
Суммарная протеолитическая активность определялась по степени разложения желатинового слоя рентгеновских фотопластин. Процент разрушения желатиновой поверхности пластин исчислялся по разнице веса пластин до и после постановки опыта. Время экспонирования образцов в почве- 1985 г.: 12,06-2,07; 2,07-8,08; 8,08-29,08; 29,08-5,10. Таким образом, наблюдениями были охвачены следующие фенологические сезоны: перволетье, полное лето, пер-воосенье, глубокая осень. Ввиду неодинаковой продолжительности фенологических сезонов, за показатель интенсивности протеолити-ческих ферментов берём не общий процент разрушения желатинового покрытия пластин за сезон, а процент его разрушения в сутки, поделив полученные процентные величины на количество дней экспонирования. Такой подход, по нашему мнению, оправдан, поскольку объективно демонстрирует степень напряженности биохимических процессов в почве в течение конкретного промежутка времени. Так, при интерпретации биологической активности по показателям, зарегистрированным в целом за сезон, выходит, что она на ПП 2 в начале лета и в конце осени идентична (7 %). С учетом же разнящейся почти вдвое продолжительности периодов ясно, что
для перволетья характерна более высокая интенсивность деятельности протеолитических ферментов. Подобное несоответствие прослеживается и на ПП 1, где в целом за перволетье и глубокую осень зафиксирована неодинаковая (2,6 и 4,4%) биологическая активность, но если принять во внимание длительность сезонов, видно, что напряжённость функционирования протеаз в эти фазисы здесь однородна.
Необходимо акцентировать внимание на не совсем благополучном климате региона в течение лета и осени 1985 г., когда тепло-обеспеченность бурозёмов оценивалась 111 как слабая (сумма температур выше 10° С на глубине 20 см равнялась 925). Резонно предположить, что в иные годы, когда сумма активных температур находится в пределах 1250-1440 и теплообеспеченность бурых почв квалифицируется как ниже средней, протеолитическая активность в них гораздо выше. Этому содействует и микробный ценоз бурых горно-лесных почв Хамар-Дабана, складывающийся по мезофитно-му типу с доминированием олигонитрофильных бактерий, численность которых обусловливается гидротермическими параметрами /31/, а почвенные протеазы, по воззрениям специалистов (20), это производные преимущественно бактерий.

Из таблицы 1 видно, что активность почвенных протеаз во все сезоны, за исключением полного лета, на ПП 2 в 1,5-3,0 раза превышает таковую на ПП 1. Это нельзя прокомментировать только орографическим положением пробных площадей, которому подчинено формирование микроклиматов, или неидентичностью влаго- и
теплообеспеченности почв, поскольку диапазон возможностей существования микрофлоры весьма широк. Многие микроорганизмы, участвующие в превращении органического вещества почвы, развиваются при влажности почвы, соответствующей максимальной гигроскопичности, что означает полную сухость, к примеру, аммонификация осуществляется при температуре почвы   - 4° С /29/.
Определение биологической активности почвы по скорости разложения растительных остатков
Образцы, представляющие собой определённое количество воздушно-сухого растительного материала, зафиксированного капроновой тканью, приготавливались из хвои кедра, хвои сосны и надземной массы анемоны байкальской, собранной в фазу окончания вегетации. Скорость разложения исчислялась в процентах по убыли массы эталонов.
Анализ таблицы 2 показывает, что бурой горно-лесной типичной почве (ПП 2) свойственна большая напряженность процессов деструкции органики, чем бурой горно-лесной глееватой (ПП 1), как и в случае  с активностью протеаз. Подобное положение можно объяснить фитоценотической структурой биогеоценоза, в частности, флористическим составом напочвенного покрова, определяющим в значительной степени кислотно-основные   свойства почвы. Деформация надземной массы анемоны байкальской, также как хвои кедра и сосны, в кедрово-пихтовых лесах с обилием крупнотравья, где рН подстилки и гумусового горизонта почвы в течение фенологического сезона изменяется от 4,0 до 5,4 единиц рН, в некоторые периоды выше /13/, чем в идентичных зеленомошных ассоциациях, где рН подстилки и гумусового горизонта почвы находится в пределах 3,6-4,8. Крупнотравье, быстро разлагаясь, создает благоприятную для интенсивного развития микрофлоры ситуацию, поскольку обладает способностью нейтрализовать кислотность биогеоценоза. К таким растениям относятся орляк и анемона байкальская. Нами зафиксирована их способность различным образом, в зависимости от фенологического  состояния  и  кислотности  атмосферных  выпадений, подщелачивать кислые и сильнокислые дожди. Показатели рН осадков, прошедших через полог орляка, по сравнению с контролем повышались на 0,7-1,5 единиц рН; стоки с анемоны байкальской - на 0,6-1,4 ед. рН. Из представителей кустарничкового яруса аналогично действует черника, понижая кислотность осадков на 0,4-1,2 ед. рН.
 


По некоторым данным, почвы, подвергаясь промышленным загрязнениям (закисление, накопление тяжелых металлов), быстрее утрачивают биологическое равновесие, чем его восстанавливают /8/. В итоге постоянное подкисление почв может выразиться в коренном нарушении целостности уникального по структуре почвенного покрова заповедника, лишив его оригинальности. Произойдет это вследствие изменения генезиса бурых почв в результате закономерного смещения основного почвообразовательного процесса в сторону усиления подзолизации. Почвы буроземного типа, представляя собой хранилище для реликтовых и эндемичных видов растений, не утратили основных свойств биогеоценозов древних эпох и, вероятно, сами являются реликтовыми и очень уязвимыми образованиями, нуждаясь в своевременной и комплексной охране.
Воздействие закисленных осадков на почвенный покров заповедника и особенно на его биохимическую компоненту, следует, по-видимому, считать реальностью, так как выявлена наглядная зависимость интенсивности биохимических процессов от актуальной реакции среды лесных подстилок и почв, которая в последнее время определяется физико-химическими свойствами атмосферных вод.
Литература
1.    Алиев С.А. Азотфиксация и физиологическая активность органического вещества почв. Новосибирск: Наука, 1988. 145 с.
2.    Анохин Ю.А. Оценка состояния озера Байкал. Некоторые итоги работы школы-семинара в 1981-1985 гг. //Региональный мониторинг состояния озера Байкал. Л.: Гидрометеоиздат, 1987. С.289-297.
3.    Аристовская Т.В. Микробиологические аспекты плодородия почв // Почвоведение. 1988. №9. С. 53-63.
4.    Бабушкина Л.Г. и др. Изучение механизмов повреждения и устойчивости лесных биогеоценозов в зоне промышленных загрязнений   для ранней их диагностики, лесозащиты и лесовосстановления // Вторая Всесоюз. науч. тех. конф. Охрана лесных экосистем и рациональное использование лесных ресурсов. Тез. докл. Москва, 1991. Ч. 3. С. 44-45.
5.    Власенко В.В. Местные циркуляции на побережье оз. Байкал и на северных склонах хр. Хамар-Дабан // Климат и растительность Южного Прибайкалья. Новосибирск: Наука, 1989. С. 32-43.
6.    Гришина Л.А., Баранова Т.А. Влияние кислотных осадков на свойства почв лесных экосистем южной тайги // Почвоведение. 1990. № 10. С.121-136.
7.    Димо В.Н. Физические параметры климата почв СССР, их классификация и . количественная оценка // Почвоведение. 1985. № 7. С. 36-44.
8.    Евдокимова ГА. Восстановление свойств загрязненных металлами почв // Биодинамика почв: 3 Всесоюз.симп., Харку, 25-27 окт. 1988.: Тез.докл. Таллин, 1988. С. 74.
9.    Елпатьевский П.В., Луценко Т.Н. Роль водорастворимых органических веществ в переносе металлов техногенного происхождения по профилю горного бурозема// Почвоведение. 1990. № 6. С.30-42.
10.  Ермакова О.Д. Водно-физические свойства бурозема нижней части горно-лесного пояса Хамар-Дабана // Растительность хребта Хамар-Дабан. Новосибирск: Наука, 1988. С. 47-56.
1!. Ермакова О.Д. Влияние антропогенных загрязнений на кислотность атмосферных осадков в Южном Прибайкалье // Вторая Всесоюзн. науч. техн. конф. Охрана лесных экосистем и рациональное использование лесных ресурсов: Тез. докл. М., 1991. Ч. 3. С. 62-64.
12.  Ермакова О.Д. Водно-физические характеристики буроземов Байкальского заповедника // Вторая Всесоюз. науч. техн. конф. Охрана лесных экосистем и рациональное использование лесных ресурсов: Тез. докл. М., 1991. Ч. 2. С.105-106.
13.  Ермакова О.Д. Оценка биологической активности буроземов по скорости разложения хвойного опада // Биологические ресурсы и ведение государственных кадастров Бурятской ССР: Матер, науч. конф. Улан-Удэ: БНЦ СО АН СССР, 1991. С.20.
14.  Ермакова О.Д. О влиянии актуальной реакции дождей на некоторые компоненты природной среды Байкальского заповедника // Проблемы сохранения разнообразия природы степных и лесостепных регионов: Матер. Российско-Украинской науч. конф., посвящ. 60-летию Центрально-Черноземного заповедника, пос. Заповедный, Курская обл.. 22-27 мая 1995 г. М., 1995. С.81-82.
15.  Ермакова О.Д. Температурный режим буроземов как показатель сроков наступления фенологических сезонов в природном комплексе Байкальского заповедника // Состояние и проблемы особо охраняемых природных территорий Байкальского региона: Матер, республ. совещания. Улан-Удэ, 1996. С.14-16.
16.  Загуральская Л.М., Зябченко С.С. Воздействие промышленных загрязнений на микробиологические процессы в почвах бореальных лесов района Кос-томукши // Почвоведение. 1994. № 5. С. 105-110.
17.  Иванов Г.И. О некоторых тенденциях в трактовке вопросов генезиса почв // Почвоведение. 1984. № 1. С. 92-102.
18.  Израэль Ю.А. и др. Кислотные дожди. Л.: Гидрометеоиздат, 1989. 269 с.
19.  Кокорин А.О.. Политов СВ. Поступление загрязняющих веществ из атмосферы с осадками в Южном Прибайкалье // Метеорология и гидрология. 1991. № 1.С. 48-54.
20.  Купревич В.Ф. Первые итоги исследований по ферментам почвы // Сб. докл. симпозиума по ферментам почвы. Минск: Наука и техника, 1968. С. 3-10.
21. Ладейщиков Н.П. Климатическое расчленение хр.Хамар-Дабан // Климат и растительность Южного Прибайкалья. Новосибирск: Наука, 1989. С. 4-11.
22. Ладейщиков Н.П.,Лут Л.И., Мизандронцева К.А. Об учете атмосферных и климатических факторов в реализации проектов рационального природопользования в бассейне озера Байкал на перспективу // Региональный мониторинг состояния оз. Байкал. Л.: Гидрометеоиздат, 1987. С. 13-22.
23.  Лукомская К.А.  Влияние техногенного загрязнения химкомбината НПО «Азот» на интенсивность дыхания дерново-подзолистой почвы лесной экосистемы // Экологические проблемы охраны живой природы: Тез. докл. Всесоюз. конф. М„ 1990. Ч. 2. С. 137-138.
24.  Лут Л.И.Сезонная динамика ветровых полей // Климат и растительность Южного Прибайкалья. Новосибирск: Наука, 1989. С. 26-32.
25.  Мамченко О.А. Протеолитическая активность в ризосфере растений  и вне её в тёмно-каштановых почвах Украины: Сб. докл. симпозиума по ферментам почвы. М.: Наука и техника, 1968. С. 428-435.
26.  Мартынова А.С, Мартынов В.П. Почвы северной части Байкальского государственного заповедника // Охрана и рациональное использование почв Западного Забайкалья. Улан-Удэ: БФ СО АН СССР, 1980. С.34-46.
27.  Марфенина О.Е., Мирчник Т.Г. Микроскопические грибы при антропогенном воздействии на почву // Почвоведение. 1988. № 9. С. 107-112.
28.  Масель Г.И., Швец М.М. Влияние атмосферного загрязнения на свойства лесных почв Хамар-Дабана // Биологические ресурсы и ведение государственных кадастров Бурятской ССР: Матер, науч. конф. Улан-Удэ: БНЦ СО АН СССР, 1991. С. 35-36.
29.  Минаева Г.М. Динамика биологической активности перегнойно-торфяной почвы под многолетними травами // Почвоведение. 1985. № 6. С. 110-119.
30.  Моршина Т.Н., Фанаскова Т.П. Закономерности поглощения фтора почвами // Почвоведение. 1987. № 2 С. 29-34.
31.  Нимаева С.Ш. Биологическая активность бурых горноленых почв Прибайкалья // Почвоведение. 1990. № 4 С. 66-72.
32.  Орлов Д.С. Методы определения рН и окислительно-восстановительного потенциала почв // Агрохимические методы исследования почв. М.: Наука, 1975. С. 245-289.
33.  Плешанов А.С. Контроль за воздействием атмосферного загрязнения на леса Байкальского региона // Вторая Всесоюз. науч. техн. конф. Охрана лесных экосистем  и рациональное использование лесных ресурсов: Тез. докл. М., 1991. Ч. 3. С. 22-23.                                                            
j34. Политов СВ. Исследование загрязнения и оценка состояния окружающей
природной  среды   высокогорий  Прибайкалья:  Автореф,   ...дис.   ...канд. геогр.наук. М., 1995. 21 с.
35.  Селиховкин А.В. Эндофиллобионтные чешуекрылые в аэротехногенных экосистемах // Вторая Всесоюз. науч. техн. конф. Охрана лесных экосистем и рациональное использование лесных ресурсов: Тез. докл. М, 1991. Ч. 3. С.77-78.
36.  Трасс Х.Х., Пярн А.Й., Цобель К.Р. Лихеноиндикационная оценка степени загрязненности атмосферной среды Южного Прибайкалья // Региональный мониторинг состояния озера Байкал. Л.: Гидрометеоиздат, 1987. С. 54-63.
37.  Убугунова В.И., Цыбжитов Ц.Х., Большаков В.А. Бурые горно-лесные почвы Прибайкалья // Почвоведение. 1985. № 7. С. 15-21.
38.  Урбанавичене И.Н..  Ходжер Т.В.  Накопление загрязняющих  веществ  в снежном покрове и лихеноиндикационное картирование территории Байкальского биосферного заповедника // Экологические проблемы охраны живой природы: Тез.докл. Всесоюз. конф. М., 1990. Ч. 2. С. 267-268.
39.  Урбанавичене И.Н. Лихеноиндикационные работы в системе мониторинга лесных экосистем // Биологические ресурсы и ведение государственных кадастров Бурятской ССР: Матер, науч. конф. Улан-Удэ: БНЦ СО АН СССР, 1991. С. 140-141.
40.  Урбанавичене И.Н.  Лишайники как биоиндикаторы при экологической оценке состояния лесов // Вторая Всесоюз. научн. технич.конф. Охрана лесных экосистем и рациональное использование лесных ресурсов: Тез. докл. М. 1991. Ч. 3. С. 70-71.
41.  Цыбжитов Ц.Х., Убугунова В.И., Ермакова О.Д. Водно-физические свойства и гидротермический режим буроземов Прибайкалья // Почвоведение. 1989. №4. С. 65-70.

Назад в раздел





СПРАВОЧНАЯ СЛУЖБА

Национальная библиотека Республики Бурятия

Научно-практический журнал Библиопанорама

Охрана озера Байкал 
Росгеолфонд. Сибирское отделение   
Туризм и отдых в Бурятии 
Официальный портал органов государственной власти Республики Бурятия 





Copyright 2006, Национальная библиотека Республики Бурятия
Информационный портал - Байкал-Lake